Аманкаев Лиджи Чонкушевич (Чинкишевич)

1905 (1908) – 1994

Мой прадедушка был самым старшим в семье. Позже у него появились сестренка и братишка. Когда Лиджи исполнилось десять лет, умерли его родители. Он был отправлен в детский дом Малодербетовского района. Там же и закончил школу крестьянской молодежи (ШКМ). После окончания школы, в 1930 году, Лиджи Чонкушевич поступил в Саратовский зоотехнический университет. Он был тогда единственным студентом – калмыком, поступившим в вуз в городе Саратове. Окончить университет ему не удалось, так как был отправлен в Калмыкию учителем по ликвидации безграмотности. Образованных людей тогда было немного, Лиджи Чонкушевич обучал и молодых и старых грамоте.

Когда началась война, Лиджи Чонкушевич добровольно ушел на фронт. Участвовал в обороне Кавказа, был минером. Подавляющую часть работы минеры проводили по ночам, преодолевали большие расстояния по труднопроходимой местности. Двигаясь в темноте, беспрерывно натыкались на камни, на ямы, вязли в трясине. Минировали дороги и мосты, по которым могли проехать фашисты. Л.Ч. Аманкаев награжден медалью «За оборону Кавказа» (24.07.1945).

Победу встретил в Чехословакии. После демобилизации он отправился на поиски своих родных, которых депортировали в 1943 году. Нашел Лиджи свою семью в с. Ясная Поляна Калачинского района Омской области. В апреле 1958 года они вернулись на Родину, в поселок Шатта Кетченеровского района. После возвращения Лиджи Чонкушевич активно участвовал в возрождении республики и совхоза. Работал почтальоном, завхозом в стройчасти до выхода на заслуженный отдых.

Награжден медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».

Из воспоминаний… Шёл дождь. Они лежали в мокрой колючей траве и зорко всматривались в небольшую деревушку, которая уютно расположилась между двумя небольшими зелёными холмами. Их было трое. Трое советских солдат. Один из них неторопливый, сосредоточенный, среднего роста, узкоглазый калмык. Его звали Лиджи. Двое других – крепкие ребята, Иван и Николай, были родом из Тулы. Все трое молча лежали в траве, мокрые и голодные. Мучительно хотелось есть, но ещё нестерпимее хотелось курить. Все трое были заядлые курильщики. Но они понимали, что затянуть цигарку они смогут только после выполнения боевого задания. Боевое задание – взять «языка».

Немцы что-то замышляли: подвозили боеприпасы на грузовиках, привозили новые роты. Поэтому командир полка вызвал лейтенанта Аманкаева Лиджи и дал приказ – привести «языка». «Язык» был необходим. Это понимал и Лиджи. Командир спросил, кого из бойцов он возьмёт с собой. Нужны были верные, храбрые и проверенные ребята. Лиджи сразу же сказал, кого он хочет взять с собой на задание – это Ивана и Николая, они служили вместе с ним в одном полку. Они давно дружили. С тех самых пор как попали вместе в одну роту и полк. Один калмык и два славянских парня. Они ели из одного котелка, спали под одной шинелью, вместе плечом к плечу шли в бой. Сдружила их простая бесхитростная душа да сильная вера в скорейшую победу над немцами, что освободят скоро они землю свою и вернутся все домой, на родную землю.

Дождь не переставал. Это был нудный долгий дождь, который заряжает на весь день и может идти два, три дня. Но солдаты терпеливо ждали. Они понимали друг друга с полуслова и знаками подавали сигналы. За старшего был Лиджи. И не оттого он был старший, что лет ему было под сорок, а от того, что ум у него был сметливый, знал он приметы погоды хорошо, быстро мог сориентироваться в обстановке. И два друга его слушались беспрекословно, очень уважали его.

…Бойцы ждали вечера. И он наступил. Затем настала ночь. Они продрогли до костей, а мысль о сигарете вызывала у каждого желание кусать и жевать влажную зелёную траву, которая хоть как-то перебивала тягу к курению. Но вот время подошло. Лиджи подал знак, и все трое, перебежками, быстро и бесшумно, пробрались в деревню. В нескольких домах горел свет. Врага было видно на расстояние вытянутой руки. Но нужно ждать момента и быть максимально осторожным. И вот момент настал. Одному из немецких солдат захотелось выйти на улицу то ли по нужде, то ли подышать свежим воздухом. Только ни того и ни другого не удалось ему сделать, схватили его, сунули приготовленный кляп в рот и потащили силком. Сопротивлялся немец и сумел-таки шум произвести. Услышали шум фашисты и стали стрелять вслед, в темноту. Бойцам пришлось отстреливаться. Лиджи дал приказ Ивану пробираться к своим, во что бы то ни стало привести языка. Сам он с Иваном остался отстреливаться и прикрывать Николая, пока тот не скроется подальше в лесу. В этой перестрелке пуля попала Ивану в грудь, и земля на Брянской земле стала последним пристанищем для русоволосого тульского паренька.

«Языка» Николай доставил в штаб. Ценные сведения, которые дал «язык» предотвратили планы врага. А Лиджи Аманкаев вернулся в полк через день после того, как вернулся Николай. Лиджи запутывал следы и отрывался от немцев. В этой перестрелке Лиджи получил ранение в руку, его отправляли в госпиталь, но он отказывался, считал, что рана несерьёзная. Но рана воспалилась, и он вынужден был уехать в госпиталь. Осталась у него на всю жизнь душевная рана – гибель его друга Ивана…